Тайны сна. Часть 1. Толкование снов: история и истоки

О, сладкий Сон, сын Черной Ночи,
Брат Смерти, что рожден в безмолвной тьме…

Cэмюэль Дэниэл
   Делия, Сонет 45

Проблемы сна волнуют человечество с древних времен. Но только с появлением новых технологий стало возможным заглянуть в человеческий мозг. Такие методы, как магнитно-резонансная томография или электроэнцефаллография за последнее столетие приоткрыли нам важную дверь в научном познании механизмов работы мозговых структур. Казалось бы, многие тайны должны быть разгаданы. Но на самом деле развитие технологий только породило новые вопросы. 

Эвелин Де Морган (1878) "Никс и Гипнос"

Да, мы теперь знаем, из каких фаз состоит сон, какие электрические волны генерирует мозг, о том, какие нейрофизиологические процессы протекают в состоянии сна, но до сих пор не знаем главного: так для чего же мы все-таки спим? 

Почему нам снятся сны и какова их функция? Как взаимосвязаны сон и явь и сможем ли мы постичь их сокровенные тайны?

В нашем первом эссе, которое откроет собой серию познавательных статей, посвященных снам, мы обратимся к истории и философии, и проследим, как наука о снах возникла, развивалась, и постараемся рассказать о самых современных исследованиях в данной области.

В Древней Греции божество Ночи называлась Никс. У Ночи было несколько детей, в числе их – Танатос, бог смерти, и Гипнос – бог сна. Выбор «родственников», отраженный в мифологии был не случаен: до самого недавнего времени многие философы, а потом и ученые, считали, что сон – это остановка работы мозга, и во время него человек близок к смерти как никогда. Даже сам Зевс с опаской относился к Никс и ее сыновьям: Танатос, летящий на черных крыльях, и Гипнос, способный ниспослать самый ужасный ночной кошмар, олицетворяли собой беспомощность человека как перед лицом смерти, так и в состоянии сна, когда он теряет возможность ощущать и контролировать самого себя и собственные видения.

Антропологи, которые исследуют сны в различных культурах, пришли к выводу, что расшифровка снов часто имеет локально-культурный паттерн. Иными словами, содержание снов, как и методы их объяснения, отражают традиционные представления внутри самой культуры. Проще говоря, чем ты живешь, то тебе и снится.

У Египтян, например, поедание во сне плода кароб означало достижение влияния в своем городе и хорошую жизнь, употребление крокодильего мяса – получение чиновничьих должности, горячее мясо неизвестного происхождения означало осуждение на загробном суде, а яйцо снилось к ущербу. Это отражено в одном из древнейших сонников – папирусе Честер Битти, который хранится теперь в Британском музее.

Папирус Chester Beatty, Египетская книга Снов (13 century BCE), British Museum

Но как тогда объяснить феномен вещих снов?

В самом деле, греки никогда не считали сны cлучайными, а вещие сны преимущественно называли θεῑα ἐνύπνια, т. е. посылаемые богами.

Цицерон в своем трактате «О дивинации» рассказывает об удивительном вещем сне, который приснился известному афинскому трагику Софоклу.  Однажды из храма Геракла была похищена золотая чаша. Вскоре после этого Софокл увидел во сне самого Геракла, который указал ему на вора. Этот же сон приснился Софоклу во второй раз. На третий раз известный драматург решил посетить Ареопаг, один из трех афинских холмов, где размещался древнегреческий суд. Там он поведал о своем удивительном сне, и ареопагиты приказали задержать указанного в нем человека. Удивительно, но сон и вправду оказался пророческим: человек сознался в краже, покаялся и вернул чашу в храм. После этого знаменательного происшествия, жители Афин стали называть священное место не иначе как  "Храмом Геракла-доносчика".

У Платона в "Теории познания" мы можем найти интересный диалог Сократа и Теэтета. Сократ спращивает: "Можно ли доказать, что мы сейчас спим и все, что ощущаем, видим лишь во сне или же мы бодрствуем и разговариваем друг с другом наяву?". Теэтет отвечает: "В самом деле, Сократ, трудно найти здесь какие-либо доказательства: ведь сон повторяет явь, как антистрофа строфу. Можно с легкостью принять наш теперешний разговор за сон, и даже когда во сне нам кажется, что мы спим, обнаруживается нелепое сходство этого с происходящим наяву".

Известным толкователем снов являлся житель Эфеса Артемидор Далдианский ( II век в. н. э.), автор знаменитого сонника Onirocriticon.

Артемидор совершал ознакомительные поездки по стране, собирал в народе различные толкования снов, и записывал их. Его целью было создание уникальной книги, в которой были бы объединены и упорядочены многочисленные толкования. Сны были рассортированы по категориям, например: "Младенчество и детство", "Голова", "Превращения", "Учение и забавы", "Ремесла", "Умащения, пляски, венки". Вот как писал об этом сам Артемидор:

"Я полагаю тем самым достигнуть двоякой цели: во-первых, дать отпор тем, кто пытается отвергнуть само искусство прорицания и виды его, выдвинув против них безукоризненно и целенаправленно собранный опыт и свидетельства исполнения снов, достаточные, чтобы противостоять кому угодно; во-вторых, тем, кто хоть и занимается гаданием, но, не умея найти надежные книги, бродит в потомках и рискует разочароваться и отшатнуться от этого занятия, дать спасительное средство против их заблуждений".

Что занимательно, некоторые толкования из труда Артемидора сохранились и по сей день.  Например, зубы в Древней Греции соответствовали членам фамилии: правая сторона - мужчинам, левая сторона - женщинам. Сон о выпавшем зубе предвещал смерть того члена фамилии, которому этот зуб принадлежал.

А вот история из "Онейрокритики", повествующая о случае вещего сна.

"Один бегун, который готовился к спортивному состязанию по бегу, приснилось, словно он пришел к источнику набрать водыв глиняный кувшин. Вода текла, пока он подходил к источнику, но как только он подошел и решил зачерпнуть, она перестала течь. Переждав некоторое время, человек опять подошел, но вода снова перестала течь. Это же повторилось и в третий раз. Закончилось тем, что вода в источнике совсем пропала, так что человек в сердцах швырнул кувшин оземь и разбил его. Наяву этот бегун пришел к финишу одновременно со своим соперником, и несмотря на то, что победа была скорее на его стороне, судьи заставили всех участников забега бежать еще раз. И во второй раз бегун достиг финиша одновременно со своим противником. В третий раз, сколь ни близок он был к успеху, победу отдали его сопернику, ибо оказалось, что его поддерживал сам распорядитель соревнований".

Артемидор "Онейрокритика"

Позднее Александрийский медик Герофил ок. 335 до н. э следуюшим образом определил различие между снами: он выделял сны, посланные богом (θεόπεμπτοι) и сны естественные (φυσικοί). Божественные сны сообщают спящему о том, что ему полезно и о том, что с ним случится. Естественные сны ничего не предсказывают, а лишь отражают физическое состоянии тела человека или отдельных его органов.

 В папирусе Инсингер, дошедшем до нас из Древнего Египта, звучит та же мысль: сны - это дар богов: "Бог создал сновидения, чтобы указать путь спящему, глаза которого во мраке"

Считалось, что сон соединяет человека с миром богов и мертвых, - душа отделяется от тела и воспаряет в сновидениях к небесам. Там она может вступить в контакт с божествами и умершими и получить совет, предупреждение или наставление свыше.

Но в то же время, сон сулит и опасность. Он может удержать нас в нашем заблуждении, и даже оказаться без преувеличения смертельным. О том, как это происходит, мы расскажем в нашей следующей публикации.

Login

Помощь для Joomla.